Сокращение онкологической заболеваемости и смертности — одна из ключевых целей федерального проекта «Борьба с онкологическими заболеваниями», входящего в Национальный проект «Здравоохранение».

Для онкопрепаратов CAR-T нужны особые правила регистрации

Рак входит в число ведущих причин преждевременной смерти во всем мире. Поэтому мировая наука напряженно работает над поиском инновационных методик лечения, которые помогли бы справиться с ним. Большие надежды связаны с разработкой инновационных клеточных препаратов.

К ним относится технология CAR-T (Chimeric Antigen Receptor T-Cell, или T-клетки с химерным антигенным рецептором) — одно из наиболее быстро развивающихся направлений клеточной терапии.

При помощи специального аппарата Т-лимфоциты (клетки иммунитета) пациента выделяют из его крови, затем в них внедряют особые белки, которые опознают опухолевые клетки. Генетически измененные Т-клетки размножают в лаборатории до определенного количества и вводят пациенту. Необходима всего одна инфузия — и CAR-T-клетки длительный период делятся и сохраняются в кровотоке, уничтожая раковые клетки.

— Большинство из зарегистрированных препаратов на основе клеточной терапии САR-T предназначены для лечения резистентных форм В-клеточных агрессивных лимфом, — пояснил "РГ" главный внештатный специалист гематолог, заместитель главного врача по гематологии ГКБ им. С.П. Боткина департамента здравоохранения Москвы профессор Вадим Птушкин. — Самым распространенным из них в РФ является диффузная В-крупноклеточная лимфома. Ежегодно, по данным канцеррегистра РФ, она диагностируется более чем у 3000 пациентов. Чуть более половины из этого числа могут быть излечены стандартными схемами терапии. Но 30-40 процентов больных не отвечают на эти схемы, или у них наблюдаются рецидивы. Прогноз у пациентов в этой группе, в основном, негативный.

Преимуществами индустриального производства препаратов CAR-T являются наличие солидной доказательной базы и данных реальной клинической практики

Применение CAR-T терапии может стать спасением для пациентов с онкогематологическими заболеваниями, не имеющими в настоящее время эффективного лечения.

В мировой практике CAR-T производится как в рамках индустриального производства фармкомпаний, так и в рамках академических разработок научных центров. Применение индустриально производимых CAR-T cоставляет до 83 процентов от всех случаев использования этих препаратов в мире (по данным регистра EBMT), 17 процентов — производство в рамках отдельных научных центров.

В России доля "академического" CAR-T выше — метод применяется в ДГОИТ им Д. Рогачева, а в мае 2021 года был анонсирован запуск академического исследования в НМИЦ онкологии им Н.Н. Петрова.

Для академического CAR-T на первый план выходят меньшая стоимость производства, его скорость и доступ к терапии до регистрации показаний. Преимуществами индустриального производства являются наличие солидной доказательной базы в виде многоцентровых клинических исследований и данных реальной клинической практики, подтвержденного профиля безопасности и стандартизированного качества. Поэтому российское врачебное и пациентское сообщества с нетерпением ждут возможности применения индустриальной CAR-T технологии в России. Однако широкое использование терапии, применяющейся уже несколько лет в США, Китае и странах Евросоюза, в РФ пока тормозится отсутствием регуляторной базы, подчеркивает профессор Вадим Птушкин.

— Специфика клеточной терапии требует отдельного правового регулирования, отличного от других лекарств, — считает эксперт Всероссийского союза пациентов Алексей Федоров. — Действующий Федеральный закон N 61 "Об обращении лекарственных средств", в отличие от нормативной базы ЕАЭС, не содержит даже определения высокотехнологичных лекарственных препаратов или лекарственных препаратов на основе соматических клеток, что делает невозможным создание регулирования.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Лечение в Германии. Как выбрать клинику?

Кроме того, закон предусматривает проведение тестирования первых трех серий препарата с использованием образцов и далее — одной серии ежегодно при вводе в гражданский оборот. А также необходимость отбора образцов в ходе выборочного контроля качества, что неприменимо к препаратам, изготавливаемым из клеток пациента.

Ввиду ограниченности донорского материала отбор образцов может повлечь невозможность достижения терапевтического эффекта у пациента или даже невозможность лечения. Эта процедура также существенно увеличит время ожидания препарата, что может иметь критическое значение для пациентов с тяжелыми онкологическими заболеваниями.

Еще одной серьезной проблемой, продолжает Алексей Федоров, может стать система обязательной маркировки, требующая нанесения средств идентификации на упаковку препарата для последующего сканирования.

Однако препараты CAR-T транспортируются при сверхнизких температурах (ниже минус 100 С) в специальных контейнерах и не могут подвергаться повторному замораживанию, что препятствует не только нанесению, но и считыванию кода с упаковки.

Кроме того, маркировка требует времени, а любая задержка, связанная с дополнительными мерами контроля движения, может привести к порче уникального препарата и ухудшению состояния пациента. Препараты CAR-T производят для конкретного пациента, поэтому нет никакого смысла включать их в систему мониторинга, которая создана для борьбы с нелегальным оборотом лекарств.

— CAR-T препараты не подходят под регуляторные правила классических лекарств, — согласен и профессор Вадим Птушкин. — Необходимы особые правила регистрации для уже имеющихся и разрабатываемых CAR-T препаратов. Это тем более важно, что они развиваются очень быстро. Если вчера большинство продуктов генной терапии на основе CAR-T-клеток состояло из аутологичных (принадлежащих самому больному) T-клеток, то сегодня разработаны подходы на основе CAR-NK-клеток, которые могут быть получены от доноров. Проходят испытания и еще более продвинутые CAR-иммунные методы лечения.

Чтобы "индустриальная" клеточная терапия могла применяться в России, по мнению экспертов, предстоит безотлагательно решить целый ряд вопросов. Прежде всего необходимы изменения в национальном законодательстве, которые позволят регламентировать обращение генотерапевтических лекарств и препаратов на основе соматических клеток.

Если они не будут приняты, может возникнуть ситуация, при которой препарат будет зарегистрирован, но не сможет обращаться на территории России.

Гармонизация законодательства РФ и ЕАЭС в части определения высокотехнологичных препаратов, принятие особого порядка ввода таких препаратов в гражданский оборот и исключение их из системы мониторинга движения лекарств позволили бы изменить ситуацию и ускорить получение спасающей жизнь терапии российскими пациентами.

Подобные исключения были внедрены в законодательство многих других стран, которые адаптировали свои регуляторные системы с приходом новых классов препаратов, в частности, в правила обращения лекарств на территории Евросоюза.

— Необходимо решать и еще одну проблему: технология CAR-T является дорогостоящей, но системных решений для ее финансирования пока нет, — отмечает Алексей Федоров. — Если такая помощь детям может финансироваться через фонд "Круг добра", то помощь взрослым — разве что в рамках клинической апробации. Нужна новая группа в программе высокотехнологичной помощи (ВМП) для финансирования медицинской помощи с применением CAR-T.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Определена эффективность вакцины "ЭпиВакКорона"

— На начальном этапе в качестве площадки для пилотирования целесообразно использовать механизм клинической апробации, которая позволит оценить клиническую и экономическую эффективность и понять, каким должен быть тариф, — соглашается начальник отдела развития и внешних коммуникаций Центра экспертизы и контроля качества медицинской помощи Минздрава России Нурия Мусина. — А потом с учетом сложности технологии, скорее всего, надо включать ее в программу высокотехнологичной медицинской помощи.

Чтобы решить проблему значительного влияния на бюджет и повысить экономическую эффективность, многие страны (США, Канада, Европа) используют инновационные модели финансирования — рассрочку платежа, конфиденциальные скидки, механизм разделения рисков (risk-sharing). Если эффекта от лечения нет, то выплаты прекращаются.

Также в зависимости от роста количества пациентов цена пересматривается в сторону уменьшения. К сожалению, у нас до сих пор эти механизмы не используются. Если мы хотим сделать инновационные препараты доступными для пациентов, нужно прорабатывать правовые аспекты и внедрять соглашения о разделении рисков.

При решении вопроса о включении инновационных технологий в систему государственного финансирования не менее важно учитывать фармакоэкономические данные, говорят эксперты.

— Европейские страны и США проводили клинико-экономические оценки CAR-T в сравнении с традиционной терапией, в которых рассчитывали дополнительные затраты на год сохраненной качественной жизни (QALY, универсальный показатель эффективности для всех технологий), — продолжает Нурия Мусина. — В некоторых исследованиях доказана клинико-экономическая эффективность CAR-T по сравнению с теми методами, которые используются сейчас для лечения этих пациентов. В США, например, показатель отношения прироста затрат к приросту эффективности при использовании CAR-T составил около 45 тысяч долларов на один год качественной жизни.

Это является хорошим показателем для технологий, направленных на лечение онкологических заболеваний, так как в этой нозологии он может доходить до 150-200 тысяч долларов за QALY. Однако в других клинико-экономических исследованиях эти показатели демонстрируют более высокие значения (больше 200 тысяч долларов), что связано с высокой неопределенностью относительно долгосрочности эффекта и ограниченностью клинических данных. То есть клиническая неопределенность затрудняет принятие решений о финансировании.

В таких случаях зарубежные плательщики используют риск-шеринговые механизмы, которые обеспечивают доступность прорывной терапии, но при этом снижают риски неэффективных расходов.

Упрощение доступа высокотехнологичных лекарств на российский рынок уже попало в фокус внимания правительства РФ. По итогам пленарного заседания Консультативного совета по иностранным инвестициям (КСИИ), состоявшегося 18 октября 2021 года, председатель правительства Михаил Мишустин дал поручение проработать вопрос о внесении изменений в законодательство Российской Федерации в части установления особенностей ввода высокотехнологичных лекарственных препаратов в гражданский оборот и доложить о результатах в правительство Российской Федерации.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь